20 июня 2002 г.

Отчет о школьной экспедиции на хребет Алек

(25.01.-08.02.2002)

Участники: Алексей Аксенов (Большой Босс, начальник экспедиции); Алексей Тверитнев (Старший Лось, завснар); Сергей Жданов (Младший Лось, правая рука завснара и левая рука Босса, или наоборот); Мария Лавришина (завхоз); Виталий Сторчилов (начальник лагеря); Алексей Пустовитин (Аптекарь, он же Витамин, он же Аскорбин, он же Терминатор, он же обладатель самого большого числа прозвищ); Василий Казеннов (завремнабором, то есть человек, которого достали требованиями ножниц, ниток, скотча, изоленты…); Павел Суслов (хранитель топнабора); Константин Захваткин; Александр Полушин (Цветочек, он же Кактус-когда храпит); Франклин Фернандо Гусман Гомес (чаще всего – просто Фернандо) и Диана Асонова (это я).

Перед экспедицией:Маша, измученная составлением раскладки: "А что, снаряжение брать?" 
Леха Лось: "А что такое… СРТ?" 
Лозунг:
"I'm…I'm sorry…" 
Итог:
"Да мы.. Да мы…Да мы все каникулы не просыхали!!!"

Выезд начался с того, что вся честна компания пыталась дождаться начальство в подвале – ибо накануне было объявлено о тотальном шмоне рюкзаков на тему бесхозных вещей и подозрительных предметов. В конце концов выяснилось, что Лешу мы не дождемся, и толпа двинулась на общественный транспорт, пугая обывателей двадцатью двумя трансами, тремя совковыми лопатами и двумя пилами. В частности, кондуктор в автобусе и тетушки на станции "Юго-Западная" даже не рискнули попросить об оплате проезда, не говоря уже о багаже. Огромное спасибо провожавшим нас "родственникам и знакомым Кролика" – без их помощи пришлось бы туго. Лично на меня неизгладимое впечатление произвел бегущий вверх по экскалатору Валера, обвешенный трансами, как новогодняя елка. На Курском вокзале всех ждал сюрприз в виде Аксенова, а также разнообразнейших приятных людей – Рычагова, Кати Перегудовой с Шурой Новиковым, Ани Байдиковой, Вовы Куланина, которому не удалось уехать в командировку, Димы Утробина в пальто, кепке и с портфелем… Пусть простят меня те, кого я забыла! Чуть омрачило праздник то, что вместе с людьми не появился шант, на который Вася очень рассчитывал. Было очень весело, Рычагов изображал гибрид Кассандры с гидрометцентром и заявлял, что снега на хребте не будет – основанием для данного пророчества стало количество лопат. Решили, что в случае чего будем лопатами грести (сидя на трансах, что ли?). Наконец часы пробили 16.51, и поезд покатил на юг, оставив в Москве Фернандо, который назавтра должен был лететь самолетом.

Первая ночь в поезде запомнилась не всем (кроме, наверно, соседей). Оказалось, что самые главные люди – НАЧАЛЬНИК и ЗАВХОЗ - пересекают российско-украинскую границу, не имея при себе основного документа гражданина Российской федерации. Дипломатические таланты Босса вкупе с определенными капиталовложениями помогли справиться с данной проблемой, и мы двинулись дальше в том же составе. Наутро начались трудовые будни – герметизация блоков, отпарывание от комбезов одних карманов и пришивание других, изготовление бахил… Проводник был в экстазе от "отходов герметизации", раскиданных по всему загончику, да и вообще от нашей команды. С дружественным визитом проходила "Чужая Земля" в лице Гены Шатохина, и появился шанс заброситься на машине – второй партией после них. Леша Аксенов запатентовал ноу-хау по изготовлению перекрестья для верхней обвязки - на базе трех слоев бутылочного пластика, перемотанных скотчем.

Утром 27го выяснилось, что в Туапсе Виталика не встретили, так что на хребет с нами отправляются довольно-таки экстравагантные вещи - электробритва, "Занимательная спелеология" Дублянского… Бритва не пригодилась (хотя ее рекомендовали Аксенову, чья весело ушуршала по насту в сторону побережья, быстро скрываясь из виду), а вот книгу пытались почитать, сидя в лагере под проливным дождем со снегом.

Поезд в Хосте останавливался в какое-то невероятное время типа 6ти утра, и задерживался там на 2 минуты. Самое удивительное, что мы все выскочили, не забыв ни вещей, ни сонных участников экспедиции. Радостно было видеть на перроне Фернандо, с которым расстались на московском перроне 2 дня назад.

С водителем ГАЗ-66 все вроде бы уладилось, и до его возвращения началась культурная программа – посещение пляжа, чебуречной, скупка всего хлеба в киоске у перепуганной продавщицы, приобретение сникерсов, спичек и опять-таки изделий для герметизации. Сидя на солнышке на ступеньках хостинского вокзала, особо мнительные товарищи намертво упаковывали паспорта, мобильные телефоны, деньги… Аксенов с Витамином тем временем смотались в Сочи – чтобы уведомить МЧС о нашем существовании и планах.

Приехал Альберт (водитель) с известием о том, что дорога ниже Буковой поляны завалена деревьями, а он приехал за нами, пока "чужеземцы" прорубают путь. Обрадовавшись, что не придется все тащить на себе, завхоз проспонсировала покупку морковки, капусты и лимонов. Взяв на дорожку еще мандаринов и семечек, измученные московским авитаминозом кандидаты в спелеологи и их наставники отправились в путь – в обществе 2х отставших от основной группы чужеземцев. В кузове трясло, а когда миновали Калиновое озеро – просто взбивало в омлет, так что основной задачей было не вывалиться самим и не упустить что-нибудь важное. Альберт оказался просто мастером – миновав расчищенный завал и дружественную команду лесорубов, ждущую транспорта в компании рюкзаков и трансов, он пер по снегу вперед и вперед, заехав где-то на километр повыше самых оптимистичных прогнозов людей из кузова.

Выгрузились (забыв, кстати, нехилое количество корейской морковки), обули бахилы и под ярким солнышком с рюкзаками двинули наверх, оставив трансы для второй ходки. Идти оказалось совсем недалеко, только местами мокро и не очень удобно – тропа только-только протаптывалась. Так как замерзнуть еще никто не успел, уже минут через десять подъема стало очень-очень жарко – синтепоновые куртки и штаны хотелось закинуть куда-нибудь подальше.

В некой точке на своеобразной открытой полянке под хребтом (как выяснилось, около тропы на W Гигантов) Аксенов сказал "Приехали!", так что все содержимое рюкзаков вывалили на расстеленную палатку, и налегке побежали вниз - за трансами. По дороге встретили Машу, которая не искала легких путей и тащила помимо рюкзака еще парочку трансов. Внизу пересеклись с "Землей", которая направлялась становиться к W Школьная, подобрали остатки своих вещей и почапали наверх – вытоптанная тропа показалась хайвэем.

В лагере ребята уже вовсю махали лопатами, расчищая место под костер и палатку, кто-то шел за дровами, в то время как солнце предательски скрывалось за горизонт. Ужин в виде манной каши с изюмом готовили на примусе, а подлые грабобуки так и не разожглись – ни у настоящего индейца Фернандо, ни у настоящего Леши Аксенова. По-партизански отужинали при свете звезд, перевели часы на уральское время (на 2 часа вперед) и отправились спать. Во-первых, было ОЧЕНЬ ТЕСНО - видимо, палатка была натянута не очень хорошо. Старший Лось, например, проснулся от того, что что-то не так, и обнаружил свою голову под открытым небом. Во-вторых, кто-то ОЧЕНЬ ГРОМКО ХРАПЕЛ. Утром начали обустраиваться дальше – дочищать снег, рубить дрова, разжигать костер (чуть просохшие на солнышке грабобуки таки-загорелись). Потом младший Лось делал тренировочную трассу на деревьях (при этом Дина на собственной шкуре испытала правильность лозунга "Не стой под стрелой", из-за собственного же ротозейства получив карабином по очкам; вылетевшее стекло глазастый Лось-таки нашел, причем не там, где искал, а метрах в трех в стороне).

После обеда Аксенов зачитал разбивку по отделениям – и пришлось ему повторять еще раз, чуть ли не по слогам, потому что пофамильный список ничего никому не сказал. После повтора ситуация кое-как прояснилась. Третье отделение в лице Васи, Паши и Костика отработало спасы, чуть не заморозив насмерть "пострадавшего" Виталика.

Спать легли каким-то очень замысловатым способом – описать это невозможно, в этом надо было участвовать. Леша агитировал всех играть в "мясо" – в целях максимально компактной упаковки. Вообще, мучения с ночевкой длились первые три ночи. Апофеозом стало лешино заявление о том, что в лыжном походе все замечательно спали на одной стороне – а было, дескать, одиннадцать человек…Опыт попытались повторить, только утром вспомнив, что в пресловутом лыжном походе в "зиме" ночевало всего человек девять, причем двое из них ну очень скромных габаритов.

Утром третье отделение провожало друзей на акклиматизацию в Гигантов. Под серым небом начинающие спелеологи второго отделения (Витамин, Виталий и Дина) под предводительством Старшего Лося топали через хребет к дыре по следам ранее ушедших товарищей, рассуждая о том, каково же будет на обратном пути. Иногда на тропе встречались "следы" кого-то прыгуна из ранее шедших; и если вытоптавший ямы проваливался чуть выше колена, то Дина в эти ловушки влезала по самую дельту и вылезала, поминая всякими хорошими словами тех, кто сию пакость устроил (есть версия, что данные провалы – дело ног тропившего Сереги). У входа в пещеру все встретились, даже сфотографировались, чтобы запечатлеть для истории еще чистые комбезы и радостные физиономии.

Серега пошел делать навеску, потом Леша пролез с контролем, а потом понеслась. Кто не знает – вход в эту дыру не широк и весьма пакостен, так что милое дело – сидя, простите, в грязюке и прелых листьях, пытаться туда просочиться, не заклинившись ни каской, ни жумаром, ни бачком, а потом еще и высвободить левую руку, чтобы нажать на стоппер. При этом оставшиеся сверху глядят на тебя волками, т.к. стоять на ветру очень холодно, да и резиновые сапоги – не самая подходящая для этого обувь. У обеих девушек была общая проблема – новенькие стоппера категорически отказывались спускать по грязной веревке настолько незначительный груз. Возгласы во входном колодце варьировались от "Ой, а почему я не еду? Эй, я вниз хочу!" до "Ну езжай же ты, зараза, езжай!!!".

Наконец все оказались внизу и потопали дальше – дебютировав в передвижении скальником и в распоре. Все-таки самым противным, на мой взгляд, была эдакая детсадовская горочка где-то на полпути к точке рандеву. В зальчике перекуса (где-то –70м) произошла встреча первого и второго отделений. Уже отобедавшее первое с Лосем Младшим и Лешей пошло к выходу, чтобы начать топарить от этой самой доброй горочки, а первое приступило к кипячению чая. Посидели, воздали хвалу завхозу и приступили к топосъемке – от зала вверх. Долго думали, где бы половчее спрятать пикет, чтобы его не затоптала стая физтехов, ожидаемых к завтрашнему дню. В общем-то, закончили все вовремя и без эксцессов, вышли засветло и радостно пошагали в лагерь под сереньким небом и легоньким снежком, иногда срезая повороты серпантина – попросту говоря, скатываясь со склона на пятой точке (экономия сил и стирка комбеза). С этой же целью практиковалось и валяние в снегу – и сразу стало видно, что на хребте появились… даже не люди, а чумазые подземные создания – настолько снег вдоль тропы погрязнел.

Следующее утро встретило неласково – спали вообще каким-то непотребным, простите, образом, вдобавок с потолка лил конденсат, с неба сыпался снег – короче, началось то, чем нас пугали в Москве. Примус разжечь не удалось, завтрак пошел лесом – в общем, дежурство второго отделения началось на ура. Перекусив, первое (Маша, Фернандо и Цветочек) и третье отделения отправилось на дальнейшее покорение глубин, а дежурные остались наверху в весьма неприглядных погодных условиях. Прямо скажем, не курорт, причем к середине дня уже откровенно не понимаешь, какого же черта тебя сюда занесло. Ну да ладно – ребята неплохо поработали внизу, а к их возвращению погода чуть-чуть одумалась (но только чуть-чуть). Отрадно было то, что с этой ночи перестали заморачиваться с ночевкой и решили тупо ложиться по 6 человек на сторону. Гораздо менее отрадно – спальники были мокрые насквозь.

В третий рабочий день Аксенов остался в лагере, а второе и третье отделение отправилось вниз – добить навеску, и оттопарить сколько удастся. Воды явно стало больше – даже во входном колодце; за залом первого перекуса, говорят – тоже. Во всяком случае, часть веревок проходила просто под сплошными водопадами – накануне я там не была, поэтому сравнивать мне не с чем. Для поджига они оказались на какое-то время просто фатальны.

В общем, когда вся честна компания добралась до сухого зала (когда-то там был ПБЛ, от которого осталось даже пара свечек), мокрую Дину можно было закапывать. В качестве радикальных мер были использованы любезно предоставленное Витамином космоодеяло и пара свечек. Постепенно купол перестал ходить ходуном, и из-под него стали появляться конечности, хватающие то морковку, то кружку с чаем, то кусок корейки… Зрелище, надо сказать, вообще было сюрреаллистическое. Средних размеров зал; слышно, как невдалеке льет вода; две зажженные газовые горелки в разных его концах; нечто серебристое и светящееся, поглощающее продукты питания; обнаженный до пояса Витамин, отжимающийся на одной руке "для сугреву"; третье отделение и Серега, полуголые, пляшут вокруг своей горелки и поют песни. Потом к пению присоединились и остальные (отчасти и к пляскам); репертуар начинался от "Руки вверх" и заканчивался "Тайм-Аутом". При этом завхоз соорудил нам такой перекус, что половину мы честно приперли обратно. Все это было очень классно и весело, а вот потом начались проблемы.

Во-первых, выяснилось, что у Витамина сдох свет, и никакой реанимации не поддается. Во-вторых, обломались наполеоновские планы по топосъемке по причине гибели одного из компасов. Виноваты сами – топнабор, не проверяя, переложили из одного транса в другой, и неизвестно, то ли раздолбали его вчера, то ли сегодня. Подумали и решили, что, пока ребята пьют чай и едят (кружка для кипячения чая была одна), Витамин попробует разобраться со светом, а мы тем временем сгоняем на разведку вниз.

Надо сказать, что дальше начинается целая череда очень красивых глиняных залов – множество разнообразных натеков, да и вообще пещера становится гораздо теплее. На голом энтузиазме Леха Лось, Виталий и Дина поперли вперед и вниз, и сами не заметили, как досвистели до низу; встреченную в конце воду постановили считать сифоном (потом расследование показало, что это он и был, хотя пришли мы к нему верхом меандра, а не низом, как остальные), и пошли назад. До Лешки Витамина дошли почти без эксцессов, однако у Дининого бачка отломилось ушко, и карабин пришлось цеплять за что попало. В общем, спустя какое-то время это "что попало" и выдралось. Под водопадиком. А было это "что-то" вентилем, который воду подает. Минут десять в густом ацетиленовом дыму оказались той самой гирей, которая сломала хребет котенку. По свидетельству очевидцев, зрелище было на уровне Маски-Шоу – вместо того, чтобы подняться на полтора метра вверх и спокойно идти по меандру, Дина металась внизу (где было очень мало места) и верещала нечто вроде "Выпустите меня отсюда!"; потом по ошибке взобралась метра на два на совершенно постороннюю стенку… Короче, Лешка Витамин со своей запасной Тиккой, практически бесполезной при такой густой облачности пошел вперед и в лагерь – сообщать о том, что все живы и к контрольному сроку должны приползти, а Старший Лось потихоньку выводил наверх Дину (чуть ли не за шкирку) и тоже начавшего притормаживать Виталика.

Через хребет славная команда шла частично на пинковой тяге, но доползла до лагеря за пять минут до наступления контрольного срока. Было очень приятно попить горячего чаю и хоть как-то отогреться, после чего коматозное состояние сменилось некой расторможенностью, и жизнь снова стала прекрасной и удивительной.

На следующий день в лагере был полный аншлаг – дежурящее третье отделение, отдыхающие Лоси, Дина, Виталик. Аксенов с ребятами отправились добивать Гигантов (что им и удалось). Правда, в лагере Вася случайно наступил на пикетажку и затоптал пикетов пять (как раз тех, что под водопадом)…

Обжились, выработали стратегию "домашних дел", проходили, проползали и пролетали тренировочную трассу на деревьях (с двойных перил открывался непередаваемый вид на море). Школьники тратили на нее минут 7-10, Аксенов постановил, что проходиться она должна за 3.30. Лоси ходили вокруг да около - 40 секунд, 36, 31, даже, кажется, 29… Потом Младший неожиданно для самого себя поставил абсолютный рекорд - 3.01.98 (что потом было особо отмечено на гусятнике).

Жизнь потихоньку вошла в свою колею, и лишь изредка нарушалось эдакое тихое течение событий. Волновались за Лешу и Машу, возвращавшихся со дна Школьной - и ведь вернулись за минуту до старого контрольного срока, черти! Третье отделение с Серегой в этот день ходили снимать навеску в Гигантов; на выходе их ждал "приятный" сюрприз - наша веревка лежала на полу, а входной колодец уже был провешен физтехами. Ребятам эта навеска не очень понравилась - это минимум, который можно было вычленить из речей, произнесенных в лагере, остальное - эмоции. Сильно переживали ход Наполеон (чечакодром по Рычагову), устроенный так, чтобы вымочить в грязи спелеологов, начисто отмытых водопадами на глубине. Пытались разобраться со светом (недостача составила полетело 2 бачка и 2 электросвета); в Школьной угощали "Чужую Землю" конфетами - СЛАВА ЗАВХОЗУ!

С раскладкой особых проблем не было. Конечно, Витамин вечно ходил голодный (ну, слишком богатырский организм - это тоже невыгодно). Вася требовал компенсации за грецкие орехи (и даже ее получал под конец), а Цветочек просто выковыривал изюм из каши. Леша Аксенов использовал конфеты в качестве боевого стимула в дыре - "если ты догонишь впереди идущего и похлопаешь его по сапогу на перестежке, то получишь приз!"

В последний день перед сброской всячески радовались жизни – светило солнышко, теплынь и красотища были неимоверные. Кто ходил до входа в W ТЭП, кто катался на пенке с нашей тропы, а кто – на… попе с вершины хребта, кто ходил в гости к физтехам… Вечером мимо проходила делегация к тем же физтехам, причем на вопрос "Вы кто?" последовал гениальный ответ "Мы - …бордюр… Тьфу, барьер!" Территория лагеря уже стала родной, обжитой и уютной, а после посещения соседей мы постановили, что наш "дом" лучше всех.

Утром, во время завтрака, пришел наш водитель Альберт, так что уехали мы на несколько часов раньше, чем планировали. В машину загрузились под тем же ярким солнцем. Уезжать уже не очень-то и хотелось – после двух солнечных дней мокрый снег с дождем, сыпавшийся за шиворот, казался просто тусклым сном. В кузове очень долго пели песни, начав, конечно, с официального гимна экспедиции – так называемой "Песни про это". Перепели все, что можно, а снаружи постепенно пропадал снег, появлялись дома… Остановившись по дороге, долго любовались видом на высокогорье слева; потом Альберт сказал, что был это столь любимый многими Фишт.

В Хосте скинули вещи в камеру хранения, позвонили с телеграфа родным и Александру Петровичу, забежали в чебуречную, отправили Духовного Лидера Аксенова в Адлер получать справку об утере паспорта (а то в Абхазию не пустят!), и несколько поредевшим строем отправились на пляж (умудрились частично растеряться). Купальный сезон шестого февраля открыли Лоси, потом Костик с Пашей… Маша выразила мнение "женской фракции" экспедиции вопросом "А мы что, рыжие, что ли???" – соответственно, из тех, кто был на данном участке пляжа, "сухопутными" остались только Вася и Цветочек. Причем Вася смотрелся воплощением здравого смысла – в ботинках, свитере, куртке, синтепоновых штанах среди босых и полуголых "моржей".

Купили еды в поезд, гуляли, пили кофе с пирожными, всей компанией пили вино в маленьком павильончике за чебуречной… Вино было вкусное, расставаться не хотелось – Леша собирался нырять на Мчишту, Фернандо должен был улетать через день, Виталик ехал с нами лишь 2 часа до Туапсе. На перроне пели с Фернандо испанские песни, плясали, звали Лешу в Москву – без паспорта в Абхазию въехать трудно, а они, в свою очередь, звали нас к себе в "Голубую горку".

Цветочек на ходу впрыгнул в вагон, радостно улыбнулся и сказал проводнице: "ЗДРАВСТВУЙТЕ!!!" Следом Дина попыталась влезть с 2мя выжившими лопатами, запуталась в них и одну оставила на спасение идущим следом товарищам. Проводница явственно простонала: "Боже, за что такое наказание на мою голову!" Попрощались с оставшимися в Хосте ребятами, пожалели, что Фернандо не сможет по традиции встретить нас в Москве. Очень удачно удалось расселиться по вагону; тетечку с нижней полки "поменяли" на оказавшегося в нашем же вагоне Дениса из "Чужой Земли", а Виталик, конечно же, поехал с нами – хоть и без билета. Два часа до Туапсе пролетели незаметно, на туапсинском вокзале оставшиеся на ногах устроили коменданту лагеря шумные проводы, после чего отправились спать.

Было ужасно жарко и душно, спастись можно было только на остановках или в тамбуре. Днем мы навели мосты с еще двумя спелеологами, ехавшими в нашем вагоне – из сборной МГУ-Аллигатор, делавшей траверс Осенняя-Назаровская. Москва с каждым часом приближалась, заявляя о себе звонками мобильных телефонов, а пропахшие костром куртки и чумазые, не отмывающиеся руки и лица напоминали о горах и заканчивающемся выезде – первом выезде школы 2001-2002 г. спелеоклуба "Сокольники-РУДН".

(с) 2002, Асонова Диана.